Герои

NOIZE MC

Рэп-рокер Иван Алексеев всегда носит с собой ноутбук и портативные колонки, чтобы не пропустить «приступы вдохновения», по-настоящему зависим от гитары и телефона и уверен, что музыка теперь измеряется видеоклипами.

Настигало ли вас спонтанное вдохновение? Приходилось ли во время разъездов исполнять новую песню близким прямо по телефону, даже если вы в роуминге?

Другим мое вдохновение и не бывает. Я сочиняю в метро, самолетах, поездах, такси и стоя в очередях. Записываю демо дома, в гостиничных номерах и гастрольных автобусах. У меня всегда с собой есть ноутбук, смартфон, наушники и портативные колонки — как только песня готова, я сразу могу представить результат вниманию окружающих.

Интегрируются ли путешествия, гастроли, случаи из жизни в творчество? И каким был самый сумасшедший концерт за все время?

Конечно, да! Пусть порой и в сильно преобразованном, переработанном виде, но интегрируются. А иногда это практически документальные зарисовки — как в песне «За**ались!», например. Самые крутые концерты — всегда в Минске. Самый оголтелый стейдж-дайвинг, самый жесткий слэм, серкл-питы, плакаты, хоровое пение — тут минчанам равных нет. В этом году еще в плане отдачи очень порадовал Дальний Восток. В прошлогоднем осеннем туре Екатеринбург отжег почти по-белорусски. Один концерт выбрать невозможно, и это прекрасно.

Вы нередко обличаете «пороки современности». А какие присущи вам? Зависите ли вы от Интернета, например?

Если сравнивать Интернет с алкоголем, то я могу пропустить в баре пару кружек пива, но домой ящик не куплю. Я по-настоящему зависим от гитары, ноутбука и телефона — вещей, без которых не могу сочинять.

Мистер Фримен, клявший «мир потребления» и другие кошмары XXI века, в итоге уехал на Кипр, потому что в России — «жесть». Не думаете о переезде? О дауншифтинге? Или будете продолжать «борьбу» в российском инфополе?

Я обожаю путешествовать, мне дико интересен мир. В данный момент я пишу англоязычный альбом, уже полностью готовы четыре песни, еще к четырем написана музыка и придуманы припевы. Но моя Родина здесь, и переезжать я не собираюсь.

Пытаетесь ли вы с помощью своей деятельности повлиять на общество или просто объединяете единомышленников?

Повлиять на общество — это сверхзадача. Конечно, хотелось бы верить, что моя деятельность привносит хоть какие-то позитивные изменения в окружающий мир. Но мир не меняется от песен — его способны изменить только люди, вдохновленные общей идеей. В этом смысле объединить единомышленников — лучшее, что можно сделать, на мой взгляд.

Накануне вы выпустили клип «Говорящие головы» про мир потребления. Кто или что заставляет вас обсуждать проблемы современного общества?

Противоречия между реальным опытом и здравым смыслом. Именно они обычно становятся источником вдохновения при создании подобных вещей. Правда, сама песня «Говорящие головы» — скорее об одиночестве современного городского человека, окруженного медиа-миражами и изолированного от настоящей жизни. Видеоряд же является пародией на эти миражи.

 
 
 

Пользователи писали, что «ничего не поняли» про «Головы». Можно ли сказать, что вы и ваш хип-хоп повзрослели, а ваши слушатели — нет? Не думаете, что Noize MC в конце концов может стать элитарным?

Мы живем в эпоху массовой культуры, в эру «ноубрау». Элитарное искусство в XXI веке —это, в принципе, оксюморон, по-моему. Никто не молодеет, и я не исключение: конечно, я взрослею, и моя музыка трансформируется определенным образом. Что касается комментариев в Сети, ей-богу, основной посыл остается неизменным года примерно с 2007-го: «Раньше было круто, а теперь какой-то заумный отстой». Вышла дебютная пластинка — все тосковали по временам баттлов. Издали следующий диск — «фууу, вот Greatest Hits Vol.1 был крутой, а это порожняк какой-то». И каждый новый альбом ругают, когда он выходит, для того чтобы года через три тосковать по временам, когда я писал «те самые песни». Для меня же любой релиз — это изначально пройденный этап, на момент выпуска очередной пластинки я уже занят сочинением следующей.

Волнует ли вас #количестволайков? Реагируете ли на критику в соцсетях?

Количество лайков не волнует. А вот от критики иногда «подгорает», чего уж греха таить. Но, как пишут в этом самом Интернете, «я просто оставлю это здесь», разбирайтесь сами, что с этим делать. Лично я уже сделал с этим все, что хотел.

Общаетесь ли с фанатами?

С фанатами общаюсь редко: к сожалению, подавляющему большинству фэнов интересен и важен исключительно сам факт диалога, а не его содержание.

Самая «живая» из ваших соцсетей — инстаграм. Как решаете, о чем именно рассказать? Где границы приватности? Чем бы вы никогда не стали делиться?

Ну, это абсолютно интуитивно. Нет никакого алгоритма, есть просто мои ощущения и личное восприятие. Тому, чем я не стал бы делиться в инстаграме, соответственно, и в интервью не место.

Чем измеряется современная музыка? Музыкой или клипами на ютьюбе? Лайками или количеством проданных дисков?

Большинство людей уже давно смотрят музыку, а не слушают. Группа, не снимающая клипы, не может стать популярной в наше время. И в этой сфере за последние 10 лет произошла настоящая революция: раньше, до появления YouTube, соцсетей и фотоаппаратов Cannon Mark II/Mark III, даже самое простое музыкальное видео стоило космических денег — ведь чтобы его взяли хоть куда-нибудь в ротацию, нужно было обязательно снимать на кинопленку. У немногочисленных независимых артистов, крутившихся по музыкальным каналам, весь бюджет нередко уходил на чисто технические вещи, на обеспечение минимально необходимого уровня качества картинки — о съемке в нескольких локейшенах, компьютерной графике и любых других «наворотах» речь вообще не шла. Посмотрите, например, клип группы «Ю.Г.». «Остаюсь таким же» или видео «Касты» на песню «Про Макса», чтобы понять, о чем речь. Сегодня подобного результата можно достичь практически бесплатно. Тогда это стоило десятки тысяч долларов. К тому же видео, выложенное в Интернет, может сегодня сработать эффективнее в плане продвижения артиста, чем тогдашние самые «жирные» ротации.

Что поменялось с тех пор, когда вы только начинали свой музыкальный путь?

Изменился основной принцип: сейчас каждый человек — сам себе программный директор. В этих условиях маловероятно появление новых глобальных суперзвезд — последними были «Мумий Тролль», Земфира и «Ленинград». Зато каждый музыкант гарантированно найдет свою аудиторию, если он талантлив, насколько бы ни была его музыка далека от мейнстрима.

Как думаете, Интернет — до сих пор территория свободы?

Роскомнадзор все более пристально следит за неугодным контентом и блокирует ресурсы. Закон о «праве на забвение» — это вообще какой-то абсолютно оруэлловский прикол. Да и в целом свобода и хаос — это не одно и то же, а Интернет — огромная, причем непрерывно растущая, свалка. Нет, думаю, территорией свободы его назвать уже нельзя. Но он все равно гораздо свободнее, чем любые альтернативные источники информации.

Как вы относитесь к свободной лицензии на музыку?

Если под свободной лицензией подразумевается просто бесплатная музыка в неограниченном доступе, то я бы хотел еще бесплатную студию с бесплатными звукорежиссерами. Я никогда не пытался бороться с бесплатным распространением своей музыки, но iTunes и Google Play позволяют хотя бы отбить деньги, потраченные на запись. Люди хотят слушать хорошо записанную музыку, а это, к сожалению, недешево. Другое дело, что никто не должен покупать кота в мешке — в этом плане стриминговые сервисы, по-моему, являются отличным решением.